Жизнь известного украинского бандуриста Федора Аврамовича Жарко была богата событиями. Судьба наделила его талантом, всенародной любовью и счастьем заниматься любимым делом. Он пережил войну и долгие годы заключения в сталинских лагерях, но как бы ни испытывала его судьба, через всю жизнь он пронес любовь к украинской музыке, которая давала ему силы жить, в самые страшные времена помогала преодолевать все невзгоды, дарила веру и вдохновение. Больше на cherkasy-trend.in.ua.
Встреча с бандурой
Жизненный путь Федора Жарко начался 4 июля 1914 года на Черкащине, в селе Михайловка недалеко от Каменки, в семье крестьян Авраама Николаевича и Елены Петровны. Как вспоминала жена музыканта Анна Георгиевна, из многих детей до взрослого возраста дожили только трое. Среди них был и Федор. Семья Жарко была певучей. Авраам Николаевич обладал роскошным басом, пел в церкви, был организатором и вдохновителем сельского хора, в репертуаре которого были не только народные песни, но и произведения известных украинских композиторов – Николая Леонтовича, Петра Нищинского, Николая Лысенко и других.
Весть о сельском хоре дошла до самого Киева. Послушать местных талантов в Михайловку приезжали композиторы Филипп Козицкий, Лев Ревуцкий, Виктор Косенко. Они помогали хору, записывали песни в его исполнении и в исполнении Авраама Жарко. Эти записи сохранились и по сей день в Киевском институте фольклора и этнографии.
Вполне естественно, что Федор, который рос в такой среде, с малых лет приобщился к музыке. А когда мальчику было восемь лет, произошла судьбоносная встреча, которая повлияла на всю его дальнейшую жизнь. Однажды в Михайловку заехал слепой кобзарь, послушать которого собралось немало сельчан. Затаив дыхание, мальчик вместе со взрослыми слушал кобзарские думы о Марусе Богуславке, Максиме Железняке, Богдане Хмельницком, не замечая, как все ближе подходит к старцу. Его старенькая потрескавшаяся бандура словно заворожила Федора. Наконец кобзарь прекратил игру, моргнул слепыми глазами и спросил: «Кто это мне солнце загородил?» А в душе мальчика с того дня тихим огоньком засветилась мечта-солнышко.
«Только прислушайся…»
Прошло два года, и на гастроли в Михайловку приехала Миргородская капелла бандуристов. Во время знакомства с селом, один из музыкантов услышал на улице звонкое чистое детское пение: «Стоит гора высокая…», разливалось над тихими сельскими улочками. И как можно было не петь, когда со всех сторон тебя окружают живописные просторы Черкащины! «Бывало, поешь целый день и все прислушиваешься к отзвукам лесных чащ и глубоких оврагов. А поется потому, что все вокруг оживает песней. Пение всего, что на земле, в воздухе, в лесах, всегда создает волшебную симфонию, ни с чем не сравнимую по своей красоте. Только прислушайся…», — много лет спустя писал в воспоминаниях Федор Жарко.
После выступления капеллы Яков Ситко (так звали бандуриста) побеседовал с Авраамом Жарко. Профессиональный слух музыканта сразу уловил и яркую музыкальность, и безупречное чувство ритма, и чудесный голос талантливого мальчугана.
Ситко посоветовал отцу всерьез заняться музыкальным образованием сына и предложил свою помощь. Но у отца на этот счет было свое мнение. А Федору в тот вечер посчастливилось взять в руки настоящую бандуру и осторожно коснуться ее струн.
Шло время. Во время учебы в Михайловской школе Федор с четвертого класса был активным участником сельской самодеятельности – пел в хоре, играл в струнном ансамбле на гитаре, мандолине и балалайке, с удовольствием выступал на школьных мероприятиях и в Михайловском доме культуры. Казалось, парню прямая дорога на сцену. Но судьба распорядилась иначе.
От судьбы не уйдешь
Когда Федору пришло время выбирать дальнейший жизненный путь, его отец и слышать не хотел о музыкальном образовании. Мол, петь можно в свободное время, а мужчине нужна серьезная профессия, которая всегда обеспечит кусок хлеба – колхозный бригадир, инженер или учитель. Федор и сам терзался сомнениями – в тридцатые годы традиционное украинское искусство считалось пережитком прошлого. Казалось, для кобзарей и бандуристов уже не будет места в новой жизни.
В результате, окончив семь классов и педагогические курсы, в 1931 году Федор Жарко стал студентом физико-математического факультета Черкасского педагогического института. Но, как говорится, от судьбы не уйдешь. Во время учебы в вузе у парня появилась возможность ближе познакомиться с любимым инструментом. Его земляк-черкащанин, студент Кирилл Вусатый из Чигирина не только сам великолепно играл на бандуре, но и научил Федора игре на этом инструменте. Кирилл часто выступал вместе с братьями на институтских мероприятиях. По словам Федора Авраамовича, выступления мужского трио Вусатых были лучше любого лекарства, они давали парню силы, улучшали настроение и снимали усталость. Сам Федор тоже не остался в стороне от институтской самодеятельности – пел в студенческом хоре и играл в струнном оркестре на гитаре, домре и мандолине.
После получения диплома Федор переехал в Киевскую область. Он был направлен на работу учителем математики и физики в Барышевскую среднюю школу. И снова судьба будто подталкивала его к любимому инструменту. Именно в Барышевке в то время существовала лучшее сообщество бандуристов и мастеров по изготовлению бандур, среди которых были известные мастера Алексей Гапон, Илья Кузьменко и другие, так что увлечение Федора Жарко бандурой получило новый мощный толчок.
Во время работы в школе он часто выступал с коллегами и учениками на школьных вечерах, принимал активное участие в организации школьного оркестра. Но Барышевка подарила молодому учителю не только радость творчества, но и личное счастье. Именно там он встретил любимую девушку Анну, которая тоже работала в школе. Молодые люди сразу влюбились друг в друга, и в декабре 1936 года поженились.
Национальная заслуженная капелла бандуристов Украины имени Г. Майбороды
По музыкальному пути
В 1939 году Федора призвали в армию. Лишь в послевоенные годы он вернулся к работе учителя. Война и тяжелые испытания не смогли погасить его любовь к музыке, и Федор Аврамович с выступал на музыкальных мероприятиях, принимал участие во всевозможных конкурсах. На одном из них его талант и чудесный голос заметили профессионалы, и в 1946 году по приказу тогдашнего министра образования Павла Тычины учитель математики Федор Жарко был переведен с преподавательской работы на должность солиста Государственной хоровой капеллы «Думка» (аббревиатура от «Державная українська мандрівна капела»).
С этого времени жизнь Федора Жарко пошла по другому пути – музыкальному. Казалось, будущее талантливого человека определено. Известный коллектив, интересная творческая работа, гастрольные поездки, учеба на вечернем отделении Киевской консерватории… Но детская мечта о бандуре не давала покоя. И через год Федор, наконец, воплотил ее в жизнь – ушел в Государственную заслуженную капеллу бандуристов под руководством выдающегося хорового дирижера Александра Минковского, которая только начинала свое возрождение.
Почти сразу самобытный коллектив обрел бешеную популярность – мастерство и творческие поиски музыкантов очень скоро завоевали признание профессионалов и слушателей. Капелла бандуристов стала желанным гостем в лучших концертных залах, где ее выступления всегда проходили с аншлагами.
Казалось, мечта Федора Жарко, наконец, стала реальностью. В его репертуаре – шевченковские «Реве та стогне Днипр широкий», «Взяв би я бандуру», старинная казацкая дума «Дума про козака Голоту» и другие жемчужины украинской музыки, от которых на глаза слушателей наворачивались слезы гордости за Украину. Но не стоит забывать, в какие страшные времена жил музыкант.
За «Ще не вмерла…» на Колыму
Беда пришла в 1950 году, когда на вечеринке Федор Аврамович спел за столом свою любимую с юности песню «Ще не вмерла Україна», которая спустя много лет станет Государственным Гимном Украины. Казалось,что в эту минуту рядом были его друзья и единомышленники, но среди них нашелся тот, кто на следующий день побежал в «органы», чтобы сообщить о «преступлении».
Результатом доноса стал суровый приговор – 10 лет заключения в сталинских лагерях
на Колыме.
Смерть Сталина в 1953 году способствовала тому, что Федору Жарко не пришлось отбывать весь срок наказания. В 1955 году он был освобожден и полностью реабилитирован.
Вечер кобзарей в Союзе писателей Украины 5 февраля 1982 года. Слева направо: Федор Жарко, Геннадий Нещотный, Иван Немирович, Андрей Бобырь, Владимир Войт, Георгий Ткаченко, Виктор Лисовол, Семен Гнилоквас
До последнего вздоха
Оказавшись на свободе, Федор Аврамович вернулся в Капеллу бандуристов на должность ведущего солиста, где его талант словно обрел второе дыхание – многочисленные гастроли по Украине и многим странам мира, записи на радио и фирме «Мелодия», выпустившей семь пластинок с народными думами в исполнении Федора Авраамовича, участие в музыкальных фильмах «Поющее древо украинской бандуры», «Дума кобзаря» и др., плодотворная композиторская деятельность, результатом которой стали 25 поэтических произведений, положенных им на музыку. В 1965 году Федор Жарко получил звание Народного артиста Украины.
Несмотря на занятость и постоянные гастроли в разных уголках мира, Федор Аврамович никогда не забывал родное село. При первой же возможности он приезжал в Михайловку, где набирался сил и вдохновения, отдыхал душой, общаясь с родными и земляками, и с удовольствием выступал перед односельчанами.
В 1974 году Федор Аврамович вышел на пенсию, но творческую деятельность не прекратил, хотя с годами возраст и болезни все чаще напоминали о себе. Если была возможность, он выступал с концертами и творческими вечерами, делился с молодыми музыкантами опытом и секретами мастерства.
17 июля 1986 года сердце выдающегося украинского музыканта остановилось. Его похоронили на Байковом кладбище Киева. И хотя со дня смерти Федора Авраамовича Жарко прошло много лет, светлая память о музыканте сохранилась в музейных экспозициях на родной Каменщине, в воспоминаниях современников и, главное, в голосе нашего выдающегося земляка, который будто до сих пор звучит над Украиной.
